И вот теперь он их самолично читает, заботливо исправляет неточности, снабжает примечаниями-пояснениями и передает в журнал. При этом сопровождает крестьянские воспоминания словами с превеликим пиететом: «Удивительный пример простаго Русскаго народа».
… Подрядился этот замеченный самим Гибоедовым рязанец сопровождать купцов в плаваниях по Каспию. Мечтал побывать в Иерусалиме. Однако же пути господни неисповедимы: итогом множества мытарств – даже пленение – добирается до Индии, в Бомбей.
Встретился здесь с Александром Гревсом, врачом из Петербурга. Он-то и помог вернуться на родину – напомню через 13 лет. Гревс: это еще один наш соотечественник, отдавший себя Индии, да с своеобразной биографией, вроде бы даже не для чужестранных странствий. Из записок Грибоедова можно узнать, что семейству Гревса – придворному врачу Александра 1 – досталось богатое наследство. Но вступление во владение им было почему-то обусловлено переездом на жительство в Бомбей. Уезжали всей семьей: отец, две дочери и сын. В Бомбее появился салон “гордых петербургских красавиц”».
Однако же, как попал-то в знатный дом Гревса наш рязанский мужичек? Пока загадка.
Караваны! Журнал «Отечественный записки» сообщил в 1849 году (№ 10): «Из Бухтарминска ходили небольшие караваны в Ост-Индию и предприимчивые торговцы русские оставались не без выгоды. С 1825 по 1829 годы эти небольшие дела принесли им ежегодно до 10.000 рублей ассигнациями дохода». Ныне былой казачий городок – Бухтарма – казахстанский город, на востоке, неподалеку от Китая. Приятно вспоминать: в студенчестве мне пришлось здесь побывать в составе археологической экпедиции.
Три исследования об Индии: Александр Ротчев (1806–1873). Обидно: этот увлеченный странствиями по миру (не только Индия, но и Средняя Азия И Казахстан, Англия, Америка, Египет, Куба, Гавайи) нынче мало кому известен.
… Им восторгался даже критик Виссарион Белинский. Он явно читал первые в 40-годы исследования Ротчева об Индии «Несколько замечаний касательно владычества английской Ост-Индской компании в Индостане» и «Ост-Индия: нравы, обычаи и памятники». Потом, уже после смерти Белинского появилась (в 1854-м) книга «Правда об Англии и сказание о расширении ее владений во всех частях света». Каково уже хотя бы одно это название!
Чтобы написать воспоминания о жизни в Индии он пожил в Калькутте и в Пенджабе, потом, как выразился. «верхом проехал» немалую часть страны и «следовал течению главнейших рек». Ротчев стал научаться нескольким местным языкам.
С негодующей слезою воспоминания этого путешественника: «Я был поражен бедностью и страшной нищетой в которые погружены три четверти населения… Загляните в жилища этих людей… Жалкая землянка… Обыкновенная пища – горсть муки, брошенная в холодную воду, которую за нелостатком соли они приправляют красным перцем…» Тут же вопрос: «Чему приписать это бедственное положение?» Идет ответ: «С лишком целое столетие владеют англичане этою землею, но как мало они сделали».
Стоит выделить и такую строку Ротчева о простом люде Индии: «Столь трудолюбивые». Это утверждение противостояло неисчислимым высказываниям колонизаторов, что индийцы ленивы.
Но глаз путешественника зорок не только политически – приметлив даже в таких строках об увиденном и услышанном в Индии: "Вода озера чиста, здорова и безвкусна; она богата рыбою. Купаться в нем опасно по множеству аллигаторов и акул. Последних жители называют tigrones по причине прожорливости, не уступающей тигру".
Стоит заметить: уважительное отношение русского путешественника к Индии (в отличии от большинства англичан) здесь ценили – он вспоминал, что его одарил «в знак дружбы» почетным халатом один раджа.
… Ротчев интересен не только «индийской» биографией. Как не выделить, что Московское жандармское управление получило донос об обнаружении у студента Московского университета Ротчева стихотворения "зловредного содержания"(оно напоминало о декабристах); а как иначе, он был знаком с некоторыми из них. Но и такая Значимая веха – она надежно вписана в историю России: в 1835 году он стал служить в Главном управлении Русско-американской компании (торговой) и через три года его отправляют на Аляску до 1821 года «правителем» (начальником) конторы в столицу российского прпбывания здесь – в Форт-Росс.
Радует широта его возренийа, в Лондоне, к примеру, знакомится и с классиком Диккенсом, и с политэмигрантом Герценом.
Так Герцен с высоким пиететом о своем новом знакомце: «У меня часто бывает Ротчев, весьма умный и интеллигектный человек…Он сейчас приехал из Мадраса и Калькутты…»
… Увы, увы, не сохранилось его могилы и при пожаре погиб почти весь его архив. И то обидно: у книги 1991 года "Ротчев А. Г. Воспоминания русского путешественника» всего одно издание к тому же явно недостаточным тиражом и без достойного ее значимости откликах в СМИ.
Глава 11. «Русский индеец» князь А. Д. Салтыков
Англичане презирают всё, что несходно с привычными им понятиями…
Из индийских писем героя этой главы
39 сюжетов:
Три года путешесвтия* Дорожные опасности* Об англичанах * Индийские погребения* Плавание по Гангу* Охота на тигров* Пополнение марксизма. И другое.
Действующие лица кроме самого Салтыкова:
Карл Маркс. Прадед Рабиндрана Твагора. Бедный люд. Брамины. Факиры. Танцовщицы (баядерки). Сэр Джеймс Карнак и лорд Элфинстон. Актриса в образе богини Кали. И другие
Кто он, Алексей Дмитревич Салтыков (1806–1859) – прославившийся трехлетними странствованиями по Индии?
Натура десятков граней. У него талант уважать Индию и желание приобщать к ней не только Россию. На это откликнется даже Карл Маркс – быть об этом далее. Вовсе не зря этот князь заполучил по петербургским салонам прозвище «Русский индеец».
У него дар литератора, познания ученого и умения искусного рисовальщика. Он наследник старинного русского аристократического рода. Богатый помещик с землями и крепостными во Владимирской губернии. Был близко знаком с Вяземским, другом Пушкина, с композитором Глинкой. Жажда странствий в крови. Побывал в нескольких странах Европы, а после Персии написал даже книгу. Наследство – творческое – оставил не только пером. Франция заинтересовалась художником Салтыковым и издала его щедро иллюстрированный трехтомник (1853). Русский музей в Ленинграде хранит множество его рисунков и зарисовок.
… С 1849 года он начинает приобщать не только свою страну к Индии. Сперва кое-что в газете «Москвитянин», но затем и книга – жаль, что только в Париже – «Письма из Индии» (переиздана в России лишь в 1985 г.).
Россия – позор! – надолго забыла его роль в познании Индии. Лишь ученые поминали в своих малотиражных публикациях, но чаще всего перечислительно, в ряду других многих.
Итак, эта моя глава – путешествие по названной книге, чтобы из первых рук познать какой представала Индия России в середине века.
1841,15 октября. Первое письмо из Индии. Пока только брату. Так здесь поистине бездна
